Национализм как идеология. Российская идеология - неприятие чужих важнее любви к своим

В слове «идеология» содержатся два греческих корня: idea-понятие, образ и logos-слово, учение, мысль. В таком смысле - как учение об идеях – идеология изначально воспринималась философами.

Идея созревает и развивается в определенной интеллектуальной среде, воздействует на общественное сознание и реализуется в практике.

Однако единого определения категории «идеология» нет. Если быть еще более конкретным, то можно обозначить, что имеющиеся понятия порой даже противоречат друг другу. Судите сами, уважаемый читатель, о представленных в научной литературе следующих дефинициях.

Идеология-это:

· процесс производства смыслов, знаков и ценностей в социальной жизни;

· совокупность идей, характерных для конкретной социальной группы или класса;

· «ложные» идеи, способствующие легитимизации господствующей системы власти;

· постоянно искажаемая коммуникация;

· формы мышления, мотивированные социальными интересами;

· тип идентификации;

· социально необходимые иллюзии;

· совпадение установок власти с преобладающим общественно- политическим дискурсом;

· деятельно-ориентированная группа убеждений;

Почему же существует так много различных определений идеологии? Дело в том, что различные понятия идеологии, осознается это или нет, начинают свои истоки из многообразной палитры идейно-исторических традиций (это будет нами прослежено в следующей теме «Идеология и ее общественное предназначение»), которые в свою очередь произросли из разного опыта исторических условий зарождения и функционирования идеологии как потребности человеческого сообщества. Удовлетворение потребностей составляет основу человеческой жизнедеятельности. Потребности - это объективная необходимость человека в предметах материального и духовного производства. Потребность есть специфическая (сущностная) сила живых систем в окружающем нас мире. Осознанные потребности выступают как интерес.

Интерес любой социальной общности и отдельного индивида заключается в оптимизации своей жизнедеятельности. Интерес –это способность связи индивида с окружающей средой с целью удовлетворения своих потребностей.

В реальной жизни интересы различных социальных субъектов могут совпадать, лишь частично совпадать или быть противоположными. Это и является тем жизненным механизмом, который объединяет, сплачивает или разобщает определенные группы людей. Следовательно, возникают коллективная и общественная потребность и интерес в регуляции волеизъявления граждан, в консолидации, гармонизации общества. Такую миссию способна выполнить сплачивающая общество идея - исходный пункт идеологии, воздействующая на общественное сознание и реализуемая в практике.

Таким образом, идеологию можно рассматривать как систему идеалов, ценностей, интересов, убеждений, верований и норм той или иной социальной общности (личности, группы, общества в целом), на основе которых разрабатываются интегративные политико-экономические, социальные программы и проекты, определяющие цель деятельности, пути и средства ее достижения. Приведенное определение объединяет три важных аспекта идеологии: систему политических, экономических, социальных, правовых идеалов, ценностей, интересов, убеждений, верований и норм той или иной социальной общности (личности, группы, общества в целом), социальные концепции и теории; цель деятельности, которая побуждает людей стремиться к ее достижению; интегративную политико-экономическую и социальную программу , определяющим стратегическим вектором которой является формирование эффективного государства.

ИДЕОЛОГИЯ: СУЩНОСТЬ, СТРУКТУРА, ФУНКЦИИ, ЗАКОНОМЕРНОСТИ РАЗВИТИЯ

Сущность идеологии

Понятие «идеология» отражает ее сущностные характерные черты. Если рассматривать сущность какого-либо социального феномена, то, прежде всего, необходимо определить совокупность его главных свойств, его внутреннее содержание. Сущность такого социального феномена, как идеология, выражается, прежде всего, в определении данного понятия, которое придает ему строго фиксированный смысл.

В определении идеологии как системы идеалов, ценностей, интересов, убеждений, верований, норм той или иной общности (личности, группы, общества в целом), на основе которых разрабатываются интегративные политико-экономические, правовые, социальные программы и проекты, определяющие цель деятельности, пути и средства ее достижения терминологически обозначены суть, стержень рассматриваемого нами социального феномена. Но не только этим определяется сущность идеологии. Данное определение устанавливает также связь между мировоззрением и поведением людей. Кроме того, сущность идеологии состоит в понимании смысла (или в придании смысла) процессов и изменений, внутренних закономерностей их протекания, которые происходят в обществе. Раскрытие принципов самодвижения системы, алгоритмов ее саморазвития, что позволяет говорить о целенаправленности этих процессов и изменений, о внутренней необходимости порождения одного их состояния другим также раскрывает сущностную характеристику идеологии. Сущность идеологии включает и все то, с помощью чего мы воспринимаем окружающий нас и свой собственный мир. Это также объяснение и оправдание, защита или критика возникающих новых общественных явлений, отношений, структур через соотнесение их с принятой и одобряемой (либо не одобряемой) данной общностью (партией, народом, обществом) системой ценностей и идеалов. И если объединить вышеприведенные качественные характеристики идеологии и рассмотреть их во взаимосвязи и взаимообусловленности, в единстве, то мы тем самым сможем более или менее рельефно представить, в чем состоит сущность рассматриваемого социального феномена.

Структура идеологии

В качестве основы любой системы (идеология рассматривается нами как система идеалов, ценностей интересов, убеждений, верований, норм) выступает ее структура. Давая самое общее определение структуры, А.Н. Аверьянов, например указывает, что «структура в прямом смысле этого слова есть строение системы. Вне системы структур не существует». «Последняя, как утверждает С.Ю. Солодовников, представляет собой не что иное, как совокупность: а) наиболее устойчивых, сущностных, регулярно повторяющихся отношений между ее элементами и б) самих этих элементов. Структура системы может быть рассмотрена как по горизонтали (ординация), так и по вертикали (иерархия). Данное положение представляет собой один из принципов, которые состовляют сущность системного подхода. Использование этих принципов позволяет ученым сформулировать ряд исходных гносеологических оснований, которые должны создать условия для системного рассмотрения разнообразных социальных феноменов, в том числе и идеологии. Так, академик Национальной академии наук Беларуси Е.М. Бабосов осуществил структурно-компонентный, структурно-функциональный и структурно-динамический анализ идеологии. Структурно-компонентная ординация идеологии им представлена следующим образом.

1. Духовным основанием идеологии является мировоззрение, т.е. совокупность взглядов человека на мир в целом и свое собственное место в этом мире, выраженных в аксиологических (ценностных) установках личности социальной общности, группы относительно смысла жизни и деятельности человека, судеб человечества в контексте развития природного и социального мира. Каков тип мировоззрения, такова и идеология.

2. Философско-мировоззренческие идеи воплощаются во втором
структурном элементе идеологической системы - в социально - политических взглядах и концепциях, концентрирующих в себе политические знания, убеждения, стремления, принципы, теории и программы действия.

3. С политическими концепциями органично взаимосвязаны экономические взгляды, представления и теории, включающий третий элемент идеологии.

4. Из политических и экономических концепций и теорий
выводится четвертый структурный элемент идеологии - правовые (юридические) теории и нормы, представляющие
собой специфический вид социальной регуляции общественных отношений, а именно система правил, норм, законодательных актов и т.п.

5. Взаимосвязаны с предыдущим элементом нравственные убеждения и принципы, вменяющие человеку, социальной группе определенные моральные нормы поведения. Этот срез человеческого опыта выражается терминами «добро» и «зло», «добродетель» и «порок», «справедливость» и «несправедливость» и т.п. Мораль призвана обеспечить самостоятельность человека как члена сообщества и духовного существа (личности).

6. С нравственными принципами и нормами постоянно
взаимодействуют эстетические идеалы, воплощающие в себе всю многообразную эмоционально насыщенную область освоения и восприятия мира по законам красоты.

7. Элементом структурной дифференциации идеологии является
иерархия ценностей и ценных ориентаций. Ценности - это обобщенное представление людей о значимых, важных для них объектах и явлениях, поступках других людей, определяемые категориями должного, благородного, прекрасного, нравственного и т.п. Их предназначение - служить своеобразными критериями для выбора людьми самой важной и значимой для них альтернативы в процессе ориентации в окружающей изменяющейся действительности.

8. Восьмой элемент - целеполагание. Цель представляет собой
идеальный или реальный предмет сознательного или бессознательного выбора и стремления субъекта, а также конечный результат социального действия.

9. Элементом структурной диференциации идеологии является воля и решимость индивида либо социальной общности активно и эффективно действовать в направлении достижения поставленной цели

Таким образом,ординация идеологии включает:

Мировоззрение;

Социально-политические взгляды и концепции;

Экономические теории;

Правовые нормы;

Эстетические идеалы;

Нравственные убеждения;

Иерархию ценностей;

Целеполагание;

Волю и решимость действовать для достижения цели.

Процесс реализации мировоззренческой структурно-компонентной ординации идеологии можно понять через рассмотрение ее вертикального строения (иерархии). Мировоззренческая основа идеологии воплощается в

лозунгах, заповедях, установках, которые вносятся в массовое сознание людей. Они отрожаются в представлениях, чувствах, верованиях, ценностных ориентациях. Чтобы лозунги и установки нашли
воплощение в массовом сознании, необходима деятельность идеологических служб и организаций. Только в процессе и в результате целенаправленной идеологической деятельности сформированные идеалы, чувства, представления, верования могут воплотиться в убеждения, жизненные стремления, политические ориентации, жизненные позиции отдельных граждан, социальных групп, движений, политических партий и организаций. Далее - практическая деятельность субъектов.

Таким образом,компонентная иерархия включает :

Лозунги, заповеди, установки;

Массовое сознание (представления, чувства, верования, ценностные ориентации);

Практическая деятельность идеологических служб;

Воплощение идеалов и чувств в жизненных позициях людей;

Конкретная деятельность людей.

Роль идеологии в жизни общества обусловлена выполняемыми ею функциями. Она содержит ценности, которые выступают в качестве политико-социального мировоззрения. Можно выделить следующие гуманитарные функции идеологии:

· теоретико-познавательная – позволяет вскрывать объективные тенденции социально-политического развития, реально оценивать идеологическую ситуацию;

· интеграционно-консолидирующая – обеспечивает преемственность идеалов, базисных ценностей общества и личности, способствует достижению целостности общества и формированию гражданского согласия;

· программная – служит основой формирования программ устойчивого общественного развития;

· инновационная - обновляет социальные ценности и нормы путем выработки новых и заимствованных прогрессивных ценностей из других культур;

· мобилизационная – мобилизует граждан, социальные группы на воплощение в жизнь социально-политических программ, проектов; национальной идеи, идеала более совершенного общества;

· ориентационная – задает систему смыслов и ориентаций человеческой деятельности;

· мотивационная – дает внутренние импульсы в побуждении к действию;

· селективная – осуществляет отбор из унаследованных ценностей и норм тех, которые необходимы для решения задач развития общества;

· воспитательная – является ценностной основой в определении целей и средств воспитания по формированию нравственной, социально активной и творческой личности;

· демпфирующая – способствует снятию социальной напряженности в ситуации, когда возникает несоответствие между потребностями общества, группы, индивида и реальными возможностями их удовлетворения.

Перечисленные функции идеологии связаны с приверженностью ее сторонников ценностям и нормам, которые она культивирует.

ПОРЯДОК ИЗУЧЕНИЯ ВОПРОСА:

1.1. Прежде всего, необходимо выяснить, что такое идеология?

Нельзя внести точность в рассуждения, если она сначала не введена в определение.

Д.Гершель

Чем богаче подлежащий определению предмет, то есть, чем больше различных сторон он предоставляет рассмотрению, тем более различными оказываются даваемые ему дефиниции.

Г.В.Ф.Гегель

Понятие "идеология" в переводе (греч. idea - идея + logos - учение) означает учение об идеях. Оно, введенное в научный оборот французским философом Дестют де Траси в начале Х1Х века, в последующие времена толковалось различным образом. В широком смысле слова идеология означает совокупность идей, основных принципов, идеалов, лежащих в основе любой социальной деятельности (например, идеология менеджмента, идеология избирательных кампаний и т.д.). В данном пособии речь будет идти о политической идеологии как некой концепции, лежащей в основе деятельности по решению социальных проблем с помощью механизма государственной власти.

Чтобы подойти к относительно полному определению идеологии, необходимо уметь отличать ее как определенную информационную систему от иных систем знаний, существующих в обществе и тесно связанных с ней. Идеология как элемент духовной культуры есть определенная система знаний об обществе, то есть она дает достаточно полную картину общества. Но известно, что общество изучает масса наук: социология, политология, экономическая теория, психология, история, которые дают весьма полезные знания, используемые в социальной практике. Идеология не является наукой, она имеет принципиальное отличие от нее.

В чем же специфика идеологии как определенного вида социального знания?

Во-первых, идеология - это совокупность знаний, дающих картину общества, объясняющих социальные процессы, происходящие в нем, с точки зрения интересов определенных социальных групп данного общества . Поэтому в идеологии всегда содержится оценка описываемых социальных процессов. Идеология - это всегда оценочное, "заинтересованное", субъективное знание . Об этом свидетельствуют такие его компоненты, как ценностные ориентации, идеалы. В идеологии всегда обосновывается необходимость их реализации с помощью государственной власти.

Во-вторых, идеология в отличие от конкретных, частных наук об обществе (социологии, политологии, этики, эстетики, экономической теории) есть комплексная система знаний о нем, которая не содержится в целостном виде в каких-то отдельных книгах и сочинениях Она как бы "вплавлена" в различные системы гуманитарного знания. В этой связи всегда возникает трудность нахождения информации, называемой "идеологией", которую необходимо распространять в обществе тем или иным субъектам политической деятельности, в каком-либо одном источнике.

На основе вышесказанного необходимо иметь в виду следующее определение идеологии.

Идеология есть совокупность философских, этических, правовых, экономических идей и идеалов, отражающих и объясняющих социальные процессы с точки зрения интересов конкретных социальных групп, классов, которые обосновывают необходимость их реализации с помощью государственной власти.

Таким образом, те или иные знания об обществе становятся идеологией тогда, когда в них не только описываются социальные процессы, но и дается их оценка с позиций интересов определенных социальных слоев. Поэтому идеология есть потенциальная форма любого социального знания.

Определение понятия "идеология"

(динамика логического процесса)

Идеологическая структура общества пронизывает все другие структуры и сферы общества, проникает в их «социальную ткань».

Идеология является социально-философской категорией, обозначающей уровень общественного сознания и представляющей собой «систему политических, правовых, нравственных, эстетических, религиозных и философских взглядов, в которых осознается и оценивается отношение людей к социальной действительности».

Термин «идеология» предложил французский мыслитель XVIII в. Дестю де Траси, назвав так новую науку об идеях. На первый план это понятие было выдвинуто в XIX в. бурной политической жизнью Европы. Развернутую концепцию идеологии дали и Ф. Энгельс в своей работе «Немецкая идеология», где использовали этот термин в двойном значении: во-первых, идеалистического миропонимания, в котором идея выполняет роль субстанции мира, во-вторых, типа профессионального социально-политического мышления, когда его субъект не сознает своей обусловленности экономическими классовыми интересами, а в действительности отстаивает именно их. Подобное мышление творит особую реальность, подменяющую в глазах людей подлинную социальную реальность, и тем самым препятствует осознанию ими своих действительных интересов. Однако Маркс и его последователи делали исключение для идеологии пролетариата, считая, что классовое сознание пролетариата совпадает с объективным видением действительности, а пролетарская революция навсегда покончит со всяким классовым сознанием и идеологией вообще. Если следовать логике марксизма, получается, что пролетарская идеология обладает истинностью. В целом Маркс признавал возможность относительной истинности конкретных идеологий в конкретных исторических условиях. Так, буржуазная идеология была истинной, когда была исторически прогрессивной (в эпоху прогрессивного капитализма).

В дальнейшем идеология стала предметом активного социологического изучения.

Немецкий социолог К. Мангейм рассматривал идеологию как продукт социальной жизни, подчеркивая социальную обусловленность всех без исключения идеологий и обусловленный этим иллюзорный характер их содержания. Он выделял два уровня идеологии — индивидуальный и надындивидуальный (групповой, классовый, национальный и т.д.). Соответственно первый уровень рассматривался как предмет исследования психологии, а второй — социологии.

В. Парето понимает идеологии как «деривации», М. Вебер — как «символические формы опосредствования», Р. Арон — как своего рода «секулярные религии». Более нейтральные формулировки принадлежат представителям социологии знания и связывают идеологию с ценностями и верованиями общества. Например, Р. Будон рассматривает идеологию как специфическую идейную конструкцию, связанную с выражением конкретных групповых интересов и лежащую в основе социального действия. Согласно Будону, идеология выполняет множество функций: способствует росту сплоченности группы, формулирует и обосновывает ее социальные ожидания и т.п.

Таким образом, в современной социальной науке идеология понимается как духовное образование, своего рода социальное мировоззрение, дающее ответы на возникающие у человека вопросы относительно социальных отношений, социальной справедливости, исторических перспектив общества, в котором он живет, и т.д.

Социальные функции идеологии

Социальная действительность отражается в общественных идеях и теориях, суть которых и есть идеология. Исследование идеологии в социально-практическом аспекте позволяет выделить следующие ее социальные функции :

познавательную , проявляющуюся в том, что идеология предлагает человеку определенную модель интерпретации окружающего мира, общества и своего места в нем;
оценочную , позволяющую индивиду выбрать адекватные его социальным интересам ценности и нормы, чтобы руководствоваться ими в повседневной жизни;
программно-целевую , состоящую в том, что идеология ставит перед индивидами определенные стратегические и тактические цели, устанавливает их субординацию и предлагает программу их достижения;
футуролого-прогностическую , предлагающую обществу модель лучшего будущего, к которому необходимо стремиться, и обосновывающую его возможность;
интегративную , проявляющуюся в том, что идеология способствует сплочению общества или социальной группы на основе единой цели, общих проблем и необходимости общих действий;
защитную , обеспечивающую взаимодействие с другими идеологиями либо в виде борьбы, либо в виде сосуществования;
социально-организующую , которая выполняется идеологией, поскольку она определяет принципы организации общества и управления им.

Место идеологии в духовной жизни общества

Специфическое место идеологии в системе определяется тем, что идеология — не наука, хотя она и дает свои ответы на все эти вопросы, но и ее ответы не подлежат научной верификации (доказательству). Поэтому в идеологии всегда остается место для возможных ошибок, натяжек, преувеличений. Несмотря на это, идеология является концептуально оформленной системой, иначе говоря, имеет форму научного знания; именно благодаря такой форме она обладает убедительностью и действенностью.

Еще одна принципиальная черта идеологии заключается в том, что она возникает не стихийно — в историческом творчестве масс, но вырабатывается сознательно и целенаправленно особым слоем людей — профессиональными идеологами, политиками, учеными. Однако она реально выражает интересы и умонастроения классов, наций, представляющих их политических партий и движений. Поэтому идеология отличается от научного знания об обществе тем, что наука нейтральна, а идеология пристрастна. Она ставит во главу угла не научную истину, а субъективный интерес — будь то интерес всего общества, класса, нации или узкой группы людей.

Идеология обладает мировоззренческим, целостным характером. В этом смысле она смыкается с мифом, ибо только миф, подобно идеологии, создает целостную картину мира, наделенную глубоким эмоциональным значением. В каком-то смысле можно сказать, что сама идеология представляет собой вид современного мифа со своими добрыми и злыми силами, священными событиями прошлого и страстным ожиданием будущего, когда зло будет наказано, а добро восторжествует. Этим объясняется многочисленность социальных утопий, создававшихся во все времена.

Идеология содержит элементы научных знаний и опирается на реальные социальные факты, но подает она эти факты так, как видит их та социальная группа, интересы которой она выражает. Поэтому обычно идеология представляет собой сплав реального и желаемого, гибрид научно-фактологического и ценностного подходов.

Классификация идеологий

Современное общество полиидеологично. Некоторые идеологические концепции долгое время занимают умы и получили реализацию в социальной практике.

Консерватизм

— это идеология, основывающаяся на принципе безукоснительного следования сложившимся в обществе традициям и обычаям. Консерваторы полагают, что любое изменение представляет собой социальное зло и чревато неприятностями и катастрофами. Главная задача правителей и идеологов консервативного толка — во что бы то ни стало сохранить сложившийся исторически вариант общественного устройства.

Консервативная идеология базируется на представлениях о сакральности прошлого и ставит во главу угла ценности, испытанные веками, поэтому сопротивляется любым инновациям, даже тем, которые несут в себе какие-то позитивные элементы. В сфере экономики консерватизм предполагает абсолютизацию традиционных для данного общества, обычно аграрно-патриархальных, отношений и противостоит идее свободного рынка и индустриальной модернизации. Будучи почвеннической идеологией, консерватизм тяготеет к принципам национальной обособленности, сильной государственности в традиционных для данного общества формах.

Либерализм

- это идеология, утверждающая приоритет индивидуальной свободы по отношению к существующему обществу с его традициями. Свобода индивида является базисной ценностью либерализма. Индивидуальную свободу ограничивает только свободная воля других индивидов. Либерализм требует освобождения общества и индивидуального сознания от предрассудков и предубеждений, требует открытости всему новому и прогрессивному, базируется на идеях гуманизма, прогресса, демократического правления, общечеловеческого единства независимо от национальности.

Экономическая концепция либерализма основывается на принципе исходного формального равенства возможностей всех индивидов. Экономическое неравенство рассматривается как результат неравенства природных способностей и усилий, проигрыш в соревновании свободных участников. Экономическим воплощением принципов либерализма является свободный рынок. Если консерватизм ставит во главу угла государственность, то либеральная идеология сводит роль государства к положению слуги своих граждан, охраняющего их права. Большую роль здесь играет принцип правового государства и вообще правовой характер социальных отношений. Либерализм проповедует гласность, открытость общества, отчетность исполнительной власти перед народом как законодателем.

Социализм

Социализм - это идеология, имеющая корни в древней общечеловеческой мечте об обществе, где могут быть реализованы на практике принципы социальной справедливости и равенства людей. В отличие от либерализма здесь равенство понимается не как формальная одинаковость исходных позиций в соревновании, а как реальное и охраняемое государством равенство экономических и социальных возможностей всех членов общества. Этот принцип тесно связан с другой базисной идеей — идеей приоритета коллективизма по отношению к индивидуализму. Для социалистической идеологии высшая ценность — коллективное благо, во имя которого могут быть принесены в жертву любые индивидуальные интересы. Именно поэтому в идеологии социализма считается возможным и правильным ограничение индивидуальной свободы: «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя». Свобода рассматривается всего лишь как осознанная индивидом необходимость подчиняться обществу.

Социалистическая идеология абсолютизирует пролетарский тип общественного сознания, рассматривая пролетариат как особый класс, наделенный исторической миссией свержения капитализма и гегемонии в социалистической революции. Революция должна быть последним насилием в истории человечества. За ней последует краткий этап диктатуры пролетариата, затем отмирание государства и наступит эпоха свободного самоуправления трудящихся масс. Государство понимается социализмом как классовый по своей природе социальный институт, сущность которого состоит в том, что это орудие насильственного удержания власти правящим классом. Социализм опирается на гуманистические представления о гармонично развитой личности, необходимости удовлетворения материальных и духовных потребностей индивида, однако все эти идеологемы сводятся на нет возведенным в принцип ограничением индивидуальной свободы.

Национализм

Национализм - это апология исключительности и превосходства собственной нации, сопряженная с враждебно-недоверчивым отношением к другим нациям, пренебрежением и агрессивностью по отношению к ним. Сущность националистической идеологии заключается в возведении национальных качеств характера и менталитета в ранг высшей ценности. Национализм можно рассматривать как ответную реакцию этнической общности на угрозу иноэтнического влияния. В конце XIX в. идеология национализма приобрела воинствующий характер, что, в частности, выступает как ответная реакция этнических общностей на усиливающийся общемировой процесс интернационализации. Однако эта реакция неадекватная, основанная на фетишизации национального начала. Идеология национализма рассматривает национальные и этнические черты как самоценность, своего рода субстанцию исторического существования, этническое подвергается сакрализации, становится объектом своего рода культа. Идеология национализма сводит этнические различия к генетическим, а генофонд нации и его внешние проявления (такие, как

антропологическая типизация) определяются как единственный фактор, конституирующий национальную целостность. Идеологические концепции националистической ориентации основываются на принципе малозначимости индивидуального, личностного начала и требуют его безукоснительного подчинения коллективному интересу нации. В них утверждается приоритет народной «почвенной» культуры по отношению к творчеству «космополитической» интеллигенции. Все это подкрепляется ссылками на сакральное прошлое нации, которое романтизируется и приукрашивается. Вечными темами национализма являются вопросы о «начале» исторической судьбы своего народа, его великом будущем, месте в мире, особой религиозной, культурной и исторической миссии, об основаниях его уникальности, чертах национального характера и ментальности.

Коммунитаризм

В России очень мало известно о влиятельной современной идеологической концепции, сложившейся в 1980- 1990-е гг., — коммунитаризме. Сущность коммунитаризма как самостоятельной идеологии составляет критический подход к современному обществу, а основное концептуальное ядро — идея общечеловеческого братства.

Идеология коммунитаризма опирается на три основных положения:

и современный индустриальный капитализм, и социализм как типы социальных систем страдают существенными недостатками, не обеспечивают реализации этических идеалов, их политические институты далеки от совершенства, соответственно неверны идеологии, обосновывающие их как конечный пункт развития человеческого общества;
все известные политические идеологии содержат внутренние противоречия, а их практическое воплощение всегда оказывается не таким, какое они предсказывали, и приводит к неожиданным и неприятным последствиям;
концептуальным ядром адекватной идеологии должна быть идея братства.

В коммунитаризме личность и ее социальная роль представляют собой нерасторжимое целое, социальную фигуру, устойчивый

образ, налагающий свои черты на культуру и персонифицирующий эпоху. В современном мире демократические и либеральные ценности не что иное, как идеологические конструкты, служащие средством манипуляции человеческим поведением и мышлением. Коммунитаристы утверждают, что либеральные теории правового демократического общества слишком индивидуалистичны, предусматривают слишком много прав для индивида и слишком мало обязанностей; проповедуемый ими атомарный индивидуализм вуалирует степень реальной взаимосвязанности людей в обществе. На самом деле люди связаны между собой не в силу своего «свободного выбора», но потому что взаимность, солидарность и сотрудничество являются изначальными предпосылками человеческого существования. Бюрократическая система современного социального управления организована так, что человек чувствует себя в обществе отчужденным и оторванным от других людей. Почти никому не удается уклониться от манипулятивныхотношений. Тем не менее индивиды стремятся к удовлетворению своих личных потребностей, преследуют свои интересы. Поэтому современное общество внутренне противоречиво и непоследовательно.

В настоящее время все идеологические системы прошлого исчерпали себя. Ни одна из них не может предложить что-то новое для решения накопившихся социальных проблем. Поэтому необходима такая идеологическая концепция, которая смогла бы вывести общество за пределы сложившегося замкнутого пространства, где действуют социальные фигуры нашей эпохи. Это концепция братства людей, противостоящая идеологическому концепту справедливости, которая лежит в основе всех современных идеологий. Согласно коммунитаризму, поиск универсальной социальной справедливости сам по себе заводит в тупик, так как не может быть единого для всех членов общества представления о справедливости.

Братство в понимании коммунитаризма — совершенно самостоятельный феномен, не сводимый к свободе и равенству. Идея братства устраняет потребность в поисках справедливости, поскольку требует понимания взаимосвязи и зависимости друг от друга людей и их ролей.

Гуманизм

- идеология, признающая высшей ценностью человеческую личность, ее свободу, счастье, неограниченное развитие и проявление ее творческих способностей. Идеология гуманизма

имеет долгую историю. Расцвет гуманистических тенденций и их оформление в целостную идеологию связаны с эпохой Возрождения, противопоставившей тсоцентрическому средневековому мировоззрению антропоцентризм. Согласно этой принципиально новой системе взглядов и представлений, человек, его счастье, свобода и развитие его творческого духа становились главной ценностью. Результатом такого мировоззренческого переворота стало развитие наук и искусств, возникновение представлений о самоценности личности и ее естественных правах.

Ценности гуманизма рассматривали разные мыслители. Еще И. Кант видел сущность гуманизма в том, чтобы рассматривать человека только как цель, но не как средство. Для марксизма характерен классовый подход к гуманизму: для формирования гуманистического общества в отдаленном будущем необходимо «здесь и сейчас» ограничить гуманизм классовыми рамками. Ж.П. Сартр отождествляет гуманизм с экзистенциалистским пониманием человека как свободного и несущего всю полноту ответственности за свои действия. Религиозная трактовка гуманизма в отличие от светской базируется натрехабсолютной модели, в которой наряду с человеком абсолютной ценностью являются Боги Космос (Природа).

Современная идеология гуманизма представляет собой качественно новый уровень развития гуманистических идей. Она возникла как альтернатива существующим в мире идеологиям и ориентирована на гармоничное развитие экономики, политики и культуры. Если аксиологическим основанием других идеологий современности выступает не благо человека, а различные более важные с их точки зрения вещи, например самоутверждение нации, класса или социальной группы, сохранение традиционного социального порядка или его реставрация, свобода предпринимательской инициативы и право частной собственности, то идеология гуманизма отстаивает абсолютный аксиологический приоритет человека как высшей ценности общества.

Основное содержание идеологии гуман изма составляют следующие положения:

человек вне зависимости от его национальной, этнической принадлежности, классового происхождения, пола и возраста, взглядов и убеждений является высшей ценностью и обладает рядом неотчуждаемых прав, в частности правом на свободное развитие своих творческих способностей и духовности;
в настоящее время ряд назревших проблем глобального характера серьезно угрожает всему человечеству и для их решения необходимо объединение самых разных социальных сил;
для этого необходимо подняться над идеологическими разногласиями, преодолеть национальные и культурные границы;
глобализация и вестернизация экономики и культуры ведут к распространению примитивизированного, упрощенного варианта общечеловеческого единства, массовой продукции культурной индустрии;
навязываемому искаженному, опошленному образу человека следует противопоставить духовность и идеалы высокой культуры, свободное творческое развитие каждого индивида.

Многие современные проблемы России вызваны отсутствием единой объединяющей идеологии, которая бы направила россиян по пути возрождения российского государства и величия его народа, устранила бы неверие народа в будущее страны и всеобщий пессимизм, и такой идеологией, которая воплотит все лучшее и самоценное, что было характерно для православной и советской идеологии, является идеология социального гуманизма. Россия отличается социокультурной самобытностью, исторической уникальностью, и именно эта идея должна стать основой формирования адекватной политики и идеологии.

На государственном уровне ведутся весьма активные дискуссии по поводу поиска новой национальной или государственной идеологии, которая стала бы гарантом национальной безопасности России. Но обеспечение безопасности нельзя сводить только к деятельности органов безопасности и силовых структур: обеспечение национальной безопасности должно стать общенациональной идеей, программой для каждого органа власти, субъекта бизнеса и гражданина.

В современном мире большой размах принял процесс демократизации, причем не всегда добровольной (достаточно вспомнить насаждение демократии в исламском мире), и в американской политической науке даже появился термин «импорт демократии». Данный термин получил теоретическое обоснование в работах известного американского публициста Чарльза Краут- хаммера, разработавшего идею демократического реализма, суть которого сводится к тому, что необходимо не внешнее вторжение и насильственное насаждение демократии, а изменение внутренней структуры недемократических политических режимов и культуры арабского/исламского мира — единственного региона, который не был затронут модернизацией и демократизацией.

России не следует заимствовать модели демократии, показавшие свою функциональную ограниченность и явный дефицит гуманизма, однако российская общественность, а в еше большей мере правящая элита плохо знакомы со сложными современными проблемами западной демократии. Другими словами, произошла дискредитация демократии, потеря веры в нес и вес действенность, что обусловливает возврат к идеям авторитаризма, так как слабая неэффективная демократия неспособна вывести Россию из кризиса.

В политических кругах придают огромное значение концепции «суверенной демократии», поскольку с ней связывают формирование новой национальной идеи, внедрение и укрепление которой в массовом сознании россиян позволит сформировать национальную идентичность и сплотить россиян.

Идеологи концепции «суверенной демократии» полагают, что России надо выработать свой, суверенный путь развития, обусловленный духовной суверенностью российского общества, что делает ненужным (и опасным) слепое копирование чужих идеологий, культурных стилей, ценностей. При этом под суверенной демократией понимается Россия как суверенная демократическая нация; это предполагает также, что государственная власть, основанная на суверенной воле народа, независима от кого бы то ни было во внутренних делах и международных отношениях.

В. Сурков, один из разработчиков идеологической концепции «суверенной демократии» в России, под суверенитетом понимает открытость, выход в мир, участие в открытой борьбе, а также политический синоним конкурентоспособности. Сурков предупреждает, что настоящей угрозой суверенитету России выступают опасность «мягкого поглощения», при котором «размываются ценности, объявляется неэффективным государство, провоцируются внутренние конфликты».

Споры вокруг демократии в России также не утихают, и часто можно услышать: «Россия скатывается к авторитаризму». Об этом твердят «доброжелатели» России, обеспокоенные ростом самостоятельности и независимости, которые проявляет наше государство на международной арене, стремясь занять равноправное положение в сообществе демократических государств. В этом отношении идеология суверенной демократии является действительно смелым и решительным шагом на пути возрождения российского государства, его суверенности и величия.

Безусловно, ни одно государство не может нормально существовать без государственной идеологии, и осознание существования данной проблемы для России само по себе можно оценить как положительное явление.

Понятие суверенитета предполагает независимость государства от внешнего мира, самоопределение при выборе пути развития.

Ученые попытались выяснить настроения и установки россиян относительно внешнеполитического курса России и того места в мировом сообществе, которое она займет в обозримом будущем. Результаты опроса, проведенного в 2008 г., показали, что довольно большая часть респондентов (42-47 %) ожидает «усиления влияния России в мире, роста се международного авторитета» и «улучшения взаимоотношений со странами СНГ», однако россияне также осознают, что усиление России на международной арене может привести к обострению международных отношений и осложнить отношения со странами Запада (так считает половина опрошенных).

Столь позитивные ожидания россиян могут стать основой для укрепления России и ее позиций в мире, однако это будет возможно при проведении адекватной социально-экономической политики, направленной на улучшение положения россиян.

В России любят искать универсальные ответы, но подозрительно игнорируют универсальные понятия. К их числу относится и этика – слово, которое у нас почти не звучит; вместо него в ходу скороговорка «морально-этические нормы», которая скорее усыпляет голос совести. Между тем этика – центральное понятие любого общества.

В предыдущем обществе, советском, была классическая авторитарная этика: высшей ценностью и целью объявляется не человек, а внешнее по отношению к нему; человек лишь средство достижения цели. Впрочем, при известном вегетарианстве позднего СССР гуманистические ценности существовали на уровне деклараций (например, борьба за мир), могли закладываться внутри семьи, формироваться с помощью культуры (культ литературы в России именно оттого, что она отсылала к универсальным ценностям).

Но как только ты выходил за пределы «комнаты» – той самой, из которой Бродский не советовал выходить, – ты сталкивался с другой этикой, авторитарной. Она учила не столько жить, сколько умирать. Это был ее центральный, сущностный момент: лучше смерть в бою, чем в собственной постели. «Встретить я хочу мой смертный час так, как встретил смерть товарищ Нетте» (Маяковский). Отголоски этого постулата слышатся даже в произведениях, далеких от соцреализма: у Высоцкого («так лучше, чем от водки и от простуд»); или в иронической форме у Башлачева («Хочу с гранатой прыгнуть под колеса, но знамя части проглотить успеть. Потом молчать на пытках и допросах, а перед смертью – про Катюшу спеть»). Жертва собой – экзистенциальный, индивидуальный акт, вынуждаемый крайними обстоятельствами, превращается в коллективную обязанность. Именно эта установка аукается сегодня в подсознательном, абсурдном, казалось бы, «желании катастрофы» у миллионов – этому их учила авторитарная этика: жить ради того, чтобы умереть правильно.

В 1991 году авторитарная этика рухнула – вместе со страной. Считалось, что замена этики авторитарной на гуманистическую (ориентированную на человека, его жизнь, свободу и интересы) произойдет сама собой. Это главное заблуждение 1990-х – уверенность и Гайдара, и Ельцина, что капитализм все расставит на свои места. Но капитализм – лишь инструмент. Он не может порождать этические нормы. В этой связи важно напомнить о статье Дмитрия Фурмана «Перевернутый истмат». Автор писал о том, что сложившийся капитализм западного типа был результатом протестантской этики. У нас получилось наоборот: капитализм наступил при отсутствии какой-либо этической базы. Фурман в итоге оказался прав: безудержное потребление 2000-х, массовое пользование благами капитализма никак не повлияло ни на этику, ни на массовое сознание в постсоветской России – они остаются, по сути, советскими, независимо от уровня доходов. Парадокс 1990-х: на месте прежней, авторитарной этики не возникло вообще ничего. Там оказалось буквально пустое место.

Этики переходного типа

Все, что появилось на месте прежней этики в 1990-е, можно назвать защитной реакцией общественного организма на травму – попыткой найти опору в архаичных моделях. Таким ситуативным амортизатором стала криминальная этика, а также этика региональная (абсолютизация малой родины, своего района, города, области), которая позднее трансформировалась в национализм. Все эти этики, заметим, объединяет негативность как генеральный принцип: неприятие чужих важнее любви к своим.

Были, конечно, и позитивные результаты, формировались новые профессиональные этики – научная, менеджерская, врачебная, журналистская; сложилось даже подобие сетевой этики. Но локальные этики не могут привести к качественным изменениям общественной среды. Есть и еще одна проблема: этику гуманистическую нельзя навязать в отличие от авторитарной; она может родиться только в обсуждении. Государство может дать толчок этому обсуждению, но для этого нужна политическая воля, чтобы общество могло максимально гласно и широко обсуждать: что такое хорошо и что такое плохо; ради чего мы живем; какая у нас цель? Такого желания не было, не было даже понимания, что это обсуждение необходимо.

Ближе всех к решению проблемы этики была в начале 1990-х церковь, которая оставалась на тогда единственным носителем неавторитарной этики. «Ваша любимая книга? – Библия». Был такой штамп в интервью 1990-х. Но церковь вела себя так, словно 70 лет советской власти были черной дырой и для восстановления светской и религиозной морали обществу нужно попросту вернуться в ситуацию до 1917 года. Это была утопия. Вместо того чтобы учитывать трагический опыт авторитарного человека ХХ века (а другого опыта у третьего-четвертого поколения советских людей попросту уже не могло быть), а также общемировой процесс секуляризации, церковь их игнорировала. В результате заповеди стали существовать отдельно, а жизнь – отдельно (в точности повторяя ситуацию советского двоемыслия). Мораль по воскресеньям, во время службы, а в остальные дни – реальная жизнь.

Между тем церковь могла стать главным посредником между человеком и новой этикой, для этого следовало бы поступиться догматизмом – ради человека; перевести заповеди на светский язык, увязав их с новыми вызовами современности. Философ Поль Рикёр, размышляя о новой этике, предлагал церкви и атеистам «двигаться друг к другу одновременно», идя на взаимные уступки. У нас этого взаимного движения не получилось. Хотя церковь должна была бы поставить важнейшие на тот момент этические вопросы: как совмещаются спекуляция и совесть; получение выгоды и сострадание, капитализм и человечность.

Итак, этическая проблема не была решена. И на месте этики возник эрзац.

Антиэтика, отрицательная этика

Наш ценностный кризис 1990-х еще и совпал по времени с общеевропейским кризисом гуманистических ценностей, но они имели разную природу. Этический кризис на Западе вовсе не означал отказа от этики; напротив, он предполагал ее усложнение и переосмысление. Если мы вспомним сериалы недавнего времени – «Карточный домик» или «Игру престолов», – все они ставят во главу этические вопросы. Голливуд сегодня есть сплошное размышление о морали, своим пафосом он напоминает перестроечное кино. У нас же постмодернизм был понят, напротив, как конец этики, как сознательный отказ от гуманизма – даже в культурной среде. Это привело к появлению своеобразного Голема – Антиэтики, также возведенной в абсолют (точнее, в анти-Абсолют). «Весь мир плох, я тоже плохой, и я горжусь этим». В монологах сегодняшних пропагандистов сквозит именно этот нигилизм 1990-х, радостное отрицание всего святого; их нынешняя охранительная риторика – своеобразное самонаказание за грехи молодости.

Один из подвидов антиэтики – этика-Сталин. Когда люди употребляют привычный оборот «надо их (любых оппонентов) поставить к стенке», эти люди вовсе не сталинисты. Они повторяют «при Сталине был порядок», потому что у них самих в голове беспорядок. Когда они говорят «Сталин бы разобрался», они говорят это потому, что никаких других способов разобраться не знают. Это и есть отголосок авторитарной этики, замены которой не появилось. С этикой-Сталин граничит этика-война: она не строит планов на будущее, порождая тот самый катастрофический тип сознания, который считает войну очищением. Сегодняшнее возвращение к военной этике (мы/они, враги/друзья) не столько проявление агрессии, сколько неуверенности – подсознательная попытка найти какую-то опору.

Вызревавшая поначалу как род интеллектуальной игры, антиэтика к середине 2000-х приобрела вид почти официальной государственной доктрины – отрицательной этики («мы ничем не лучше, но и не хуже других; все в мире ведут себя одинаково плохо»). Причем эта этика никогда не артикулируется, не обсуждается. Важно понимать, что это уже не советская этика (которая не могла усомниться в том, что наш мир лучший из миров). Она буквально никакая, она не содержит ничего позитивного, она строится только на отрицании чужих ценностей. Эта фундаментальная негативность базируется на следующем представлении: человек не способен самостоятельно принять решение, что хорошо, а что плохо, потому что не обладает всей полнотой информации. Такой полнотой обладает только государство; следовательно, только оно вправе давать окончательную оценку.

Впрочем, скажет вам доверительно представитель такого мировоззрения, «все в мире относительно, старичок; никакой границы между добром и злом нет, просто об этом не принято говорить». И в конечном счете всё – игра слов и тлен. В основе этого представления лежит принципиальное неверие в человека, в его природу. В сущности, они инвалиды духа, лишены элементарного этического инстинкта, не способны принять решения о себе. Но эта размытая норма как раз и внушается другим в качестве нормы. Одна из самых популярных тем массового искусства – трансформация интеллигента в предателя, в убийцу, в бандита (сериалы «Апостол», «Пепел», «Ленинград 46», фильм «Батальон»). Внушается мысль, что никаких порядочных людей не существует, все одинаково плохи (это и классическая установка спецслужб, которые работают с худшим в человеке, а не с лучшим).

Отказ от этики в качестве оценочного критерия решает проблему с оценкой прошлого. Как только мы перестаем давать этическую оценку репрессиям, социальным экспериментам и миллионам их жертв, политическим действиям – любое прошлое превращается в механическое движение к нынешнему величию. Жертвы и палачи уравнены в правах: все это было в итоге ради того же величия. «Он [Сталин], конечно, в какой-то мере устроил небольшой геноцидик, но, с другой стороны, он очень сильно поднял экономику», – это высказывание (опрос среди студентов, проведенный лабораторией политических исследований НИУ ВШЭ) стало возможным именно благодаря исключению этики из системы оценок. В этой системе преступления оказываются уравнены с индустриализацией. Лишенный этической оценки, сталинизм превращается в нормальное дело. Размытость этики используется для того, чтобы уходить от принципиальных ответов. Попутно нам внушают – исподволь, конечно, – что политика никогда не бывает чистым делом, без щепок в этом деле не обойдешься.

Наконец, в последние два года, после 2014-го, появился этический реверс – гибрид авторитарной этики и отрицательной. Когда удобно, работает советская этика (мы всегда правы), а когда нужно – включается отрицательная (все одинаково плохи). Отсюда эта двойственность, вечное мигание и переключение, от которого рябит в мозгах. Если свести к силлогизму, получится: «мы всегда правы, потому что все остальные врут». Пытаясь нащупать в этой этике хотя бы какие-то основания, упираешься в пустоту, в ничто. Единственный ответ на вопрос, как это уживается в одной голове, такой: это следствие нерешенного вопроса об этике.

В популярном фильме Никиты Михалкова «Сибирский цирюльник» звучала известная русская загадка – про дырку от бублика. Это на самом деле история про этику в постсоветской России. Важнейшая проблема, без решения которой невозможно двигаться дальше, загнана вглубь, усыплена, вытеснена в подсознание. Но нерешенная проблема все время напоминает о себе – именно своей травмирующей пустотой, – принимая чудовищные и абсурдные, все новые и новые формы неприятия: мигрантов, либералов, геев, Украины, США, Запада, мира. Немотивированная агрессия, желание наказать, проучить мир и, в конце концов, просто его побить (как на Евро-2016) – следствие нерешенного вопроса об этике. Воинственная пропаганда, отрицание гуманистических ценностей – это на самом деле непрекращающийся вопль коллективной души, жаждущей решения о добре и зле. Это свидетельство зияющей пустоты, огромной дыры на месте этики.

Новая этика. Язык и диалог

«Главный вопрос этики – хорошо ли сыру в пакетике?» – острят российские интеллектуалы. Решение этого вопроса с помощью ницшеанской формулы по ту сторону – то есть за пределами как авторитарной, так и гуманистической этики, – на самом деле попытка укрыться от решения за очередным интеллектуальным бахвальством. Подобные иллюзии рассеиваются, как правило, с первым ударом штурмовика в вашу дверь. Прежде чем высмеивать или отрицать буржуазную этику, нужно вообще-то ее создать. Прежде чем критиковать общество потребления, его нужно иметь.

Это еще один парадокс постсоветской жизни: можно ли перейти в ХХI век, не выучив основных уроков ХХ века? Не пережив опыта экзистенциализма, психоанализа, не осознав нового одиночества человека, его заброшенности в мир – можно ли садиться за руль современности?

Автор осознает всю беспомощность попытки в двух абзацах сформулировать современные теории этики, но суть – очень грубо – можно свести к следующему: гуманистическая этика теперь понимается как инструмент, а не как постулат. Этика – это прежде всего диалог, коммуникация (заметим, что основной удар в последние годы был нанесен пропагандой именно по этим важнейшим понятием этики). Поль Рикёр пишет, что в постиндустриальном обществе этика «смягчилась»; она теперь не требует, а лишь вступает в разговор. Она теперь не судья, а собеседник. Этика понимается «как реализация желания быть» (П. Рикёр. «Конфликт интерпретаций»).

Современная гуманистическая этика почти ничего не требует – это раздражает консерваторов-моралистов; но именно такая максимальная широта и открытость гарантирует ее жизнеспособность.

Этика собирается в словах, формируется под влиянием языка. Кирилл Мартынов пишет о том, что, например, отношение к геям в России меняется под влиянием языка: употребление нейтрального выражения «ЛГБТ-сообщество» взамен предыдущих репрессивных словесных конструкций смягчает даже негативную риторику.

Можно сказать, что гуманистическая этика начинается с самой постановки вопроса об этике. Это в большинстве случаев даже не решение о добре и зле (интерпретация обычно затруднена), но попытка начать диалог. Именно диалог, а не вколачивание, не закрепление этических норм законодательно. Вечная болезнь новой России – юридизм, попытка решить моральные конфликты с помощью запретов и ограничений. Но морали нельзя научить, ей можно только научиться. Любой юридический контроль за сферой этики оборачивается крахом и порождает законодательное безумие. Зато гуманистическая этика экономит массу сил государства: чтобы сказать нельзя, этике не нужен гигантский аппарат принуждения.

Новая этика должна ответить на важнейшие вопросы постсоветского общества, в первую очередь о мире как главной ценности. Утвердить мирную этику – в противовес милитаристской. Этику, которая имела бы высшей целью жизнь человека, а не его смерть. Новая этика предполагает проговаривание проблемы, в том числе и насилия. За сознательным приятием черных страниц прошлого должно последовать примирение и прощение, – но именно сознательное примирение, сознательное решение простить друг друга и забыть прошлые обиды, а не механическое примирение белой империи и красной, как сейчас.

Необходимо решить, главная угроза внутри нас или снаружи? Принять необходимость работать, в первую очередь со злом в себе, а не в других.

Переосмысление отношения к деньгам, богатству, труду. Разговор о деньгах в современном российском обществе – главное табу. Размышление о богатстве и бедности возможно только в виде насмешки над ними. Это не решение проблемы, а попытка укрыться от ее решения; опять же, вопрос отношения к богатству и бедности решается только в рамках этики. У нас торговля до сих пор полуофициально считается аморальным занятием. Есть ли в современном обществе что-то выше выгоды? Выше денег? Дар – отвечает тот же Рикёр; бесплатное, принципиально невыгодное деяние становится свидетельством в пользу морали; дар играет роль амортизатора, регулятора капитализма. И способствует восстановлению доверия, без которого не построить капитализм.

Несмотря на возрождающееся славословие по поводу человека труда, само понятие «труд» нуждается сегодня в переосмыслении – с точки зрения этики; должна ли работа приносить удовольствие? Что считать работой? Должен ли труд быть творческим? И возможно ли просто делать свою работу, не задумываясь о моральных последствиях, как в случае, например, с пропагандистскими медиа?

Российская власть давно заигрывает с советской риторикой, это опасная игра. Риторический антилиберализм перерастает уже в откровенное отрицание капитализма. Потакая массам, власть попадает в ловушку: сегодня приходится уже оправдывать само право на капитализм. Нужно не отрицать капитализм, а объяснять, как им пользоваться; бороться за его гуманизацию, а не заниматься его дискредитаций с помощью искусственных формул.

Происходящее сегодня в России все чаще заставляет делать именно моральный выбор. Обладал ли кто сотой долей сегодняшней серьезности по отношению к политике еще пять, десять лет назад? Приходило ли нам в голову «бороться за мир»? Относились ли мы всерьез к тому, как и что говорится по радио, по телевизору? Давать этическую оценку происходящему в России – сегодня не блажь, а необходимость. Происходящее сейчас можно в целом назвать моральной катастрофой. Но одновременно зарождается и новая этика – по принципу от обратного. Правда, это по-прежнему очень локально и чаще в виде отрицания («не врать, не воровать»).

Случившееся благодаря пропаганде массовое расчеловечивание – трагический урок современности, но он необходим, чтобы понять, что происходит в головах, какое там количество предрассудков и фобий, разрушения и ненависти – прежде всего к самим себе. Теперь мы знаем и масштабы, и причины: отсутствие внятного, артикулированного объяснения – для чего мы живем, чего хотим? Все это должно вызывать одну реакцию: страстное желание помочь этим людям, потому что от непонимания страдают в первую очередь они сами.

Можно согласиться с Даниилом Дондуреем, который пишет, что «…смена способа хозяйствования сама по себе – без перекодирования его культурной платформы – в массовом сознании обречена». Но культура сама по себе не способна решить эти вопросы, в чем мы уже не раз убедились: без этики она становится такой же служанкой идеологии. Без решения проблемы этики невозможно двигаться дальше. Без новых ценностей, соответствующих обществу потребления, капитализм не будет работать. Все попытки решить проблему инструментально, уповая на законы рынка, обречены. Без нового человека, а стало быть, и новой этики невозможно построить ни общество, ни экономику: они не работают без решения человека быть.

Идеология – это социально-философская категория, которая обозначает степень общественного сознания. Она представляет собой систему различных общественных взглядов, включая политику, право, эстетическую составляющую, нравственность, философию и религию.

Каждое из этих направлений является инструментом оценки и осознания того, как люди относятся к социальной действительности.

Применение термина «идеология» впервые имело место в XVIII веке с подачи мыслителя Дестю де Траси, который назвал так науку о всеобщих законах образования идей. Как полноценная дисциплина, она не должна была содержательно отличаться от любой другой науки, при этом существенно превосходя их за счет интегрирующей роли в социальном познании.

Какие бывают политические взгляды. Говорит эксперт Дмитрий Гусев

С начала своего существования понятие идеологии было предметом постоянной конфронтации – информационная война до сих пор идет между двумя противоборствующими сторонами, на одной из которых обосновались теоретики (идеологи), а на другой – практики (политики).

Основные идеологические концепции

В современном обществе гармонично уживаются разные идеологии. Некоторым направлениям уделяется большая часть внимания на протяжении долгого времени, в связи с чем, они успешно реализуются в социальной практике. Существует три ветви формирования идеологий:

Идеология. Ответы на вопросы

Левая – подразделяется на коммунизм и социализм, которые, в свою очередь, формируют ряд других идеологических ответвлений;

Центристская;

Правая – самыми распространенными ответвлениями являются либерализм и консерватизм.

Понятие идеологии – Арсений Хитров

Левые идеологии

Время возникновения термина «левые» совпадает с французской революцией в 1789-1799 гг., когда проводились Учредительные собрания. Именно в левом крыле парламента рассаживались депутаты, являющиеся приверженцами радикального изменения существующего строя. С тех пор принято считать левыми тех, кто относится к прогрессистам, радикалам, «реформаторам».

Коммунизм

В качестве фундамента для формирования коммунизма послужил марксизм, который в XIX веке в противовес либерализму сформировал популярное в то время учение о необходимости построения более справедливого общества. Согласно доводам данной идеологии, коммунизм способен покончить с эксплуатацией человека, преодолев все виды отчуждения простых людей от власти, собственности и результатов труда.

Социализм

Социализм, как идеология, преследует принципы равенства людей и справедливости в обществе. В данном случае равенство трактуется, как сохраняемые на государственном уровне равные возможности всех членов общества, с точки зрения социальной и экономической составляющих. Для социальной идеологии высшей ценностью является коллективное благо, достижение или сохранение которого допускает принесение в жертву любых индивидуальных интересов.

Левые и правые

Центристская идеология

Политическое воплощение центристской идеологии – социал-демократизм, который, по сути, зарождался, как одно из течений марксизма. По мнению социал-демократов, ряды которых все больше пополняют женщины-политики , достижение социального равенства в обществе не приемлет насилия и революционных мер – политические и экономические позиции буржуазии способны поддаться под действием демократического давления.

Правая идеология

Традиционно сложилось, что правая идеология ставит экономические или национальные цели выше общественного блага и эгалитаристских ценностей, таких как равные права человека или шансы в достижении целей, для всех слоев населения.

Во времена французской революции в 1789-1799 гг. правыми считались политики, предпочитающие консервативную точку зрения – те, кого устраивало текущее положение дел.

Либерализм

Приверженцы либеральных взглядов исповедуют индивидуальную свободу, даже если она противоречит обществу с его традициями. Базисная ценность либерализма – это свобода индивида, которая может быть ограничена только выражением свободы воли других индивидов. Данное идеологическое течение не приемлет предубеждений и предрассудков, отдавая предпочтение открытости всему новому и прогрессивному.

Консерватизм

Основой консерватизма, как идеологии, является принцип полного и безоговорочного следования традициям и обычаям, сложившимся в обществе. По мнению консерваторов, любое изменение – социальное зло, несущее за собой неприятности и катастрофы.

Механизмы формирования идеологий

Каждое политическое предпочтение носит сугубо индивидуальный характер, равно как и человек. Но в действительности, число предпочтений вовсе не равняется количеству людей, т. к. многие социальные группы схожи в своих взглядах. Даже несмотря на разногласия разной степени, касательно тех или иных вопросов, идеология способна объединять массы.

За все время существования человечества были выработаны разные социально-политические концепции, и каждая из них имела своих сторонников. Что касается приверженности различным политическим предпочтениям, то решающими факторами здесь являются социальный статус, образование, возраст и общественные традиции.